Отношения России и Евросоюза, на первый взгляд серьезно ухудшились после кризиса вокруг Южной Осетии и последовавшего за ним решения глав государств и правительств ЕС приостановить переговоры о стратегическом партнерстве с Москвой. Однако если взглянуть на реальные факты, значимость этого решения Брюсселя уменьшается. Несмотря на многочисленные попытки выстроить настоящее "партнерство" с момента встречи Путина и Проди в 2000 году, отношения сторон всегда были зыбкими, хотя экономическое взаимодействие значительно активизировалось после финансового кризиса 1998 года. Сейчас Евросоюз - главный иностранный торговый партнер России как в плане импорта, так и экспорта. А Россия - ключевой рынок для европейских предприятий на фоне почти полной экономической стагнации еврозоны.

Более того, эконометрические исследования показывают, что экономический вес России уже ощущается внутри Евросоюза. Экономическая конвергенция "новичков" с ядровыми странами Евросоюза остановилась и в последние четыре года даже пошла вспять. Это в основном объяснялось развитием сильных экономических отношений с Россией - прежде всего это касалось таких стран, как Венгрия, Словакия и Болгария.

Если вести отчет с 1914 года, то никогда прежде Россия не была так важна для Европы. Тем более парадоксально, что "партнерство" России и ЕС так и не было запущено в реальности, хотя де-факто экономическая интеграция РФ и Евросоюза серьезно прогрессировала. Объяснить такую нелепую ситуацию можно несколькими причинами.

У России остались недобрые воспоминания об организованных Евросоюзом программах содействия (в частности, ТАСИС). И у Москвы на это были веские основания. Желание некоторых еврокомиссаров навязать России выполнение ряда нормативных документов ЕС, прежде всего в нефтегазовой сфере, по меньшей мере было неуместным. Неспособность Еврокомиссии наполнить содержанием различные соглашения о "партнерстве" тоже достойна упоминания. Наконец, последний, но немаловажный факт: европейские политики вновь демонстрируют явную неспособность принимать в расчет российские озабоченности по международной безопасности и стабильности. Сыграло свою роль и неуважение в некоторых странах ЕС к памяти, которую Россия сохраняет о Второй мировой войне, хотя высший орган ЕС - Европейский совет - неоднократно осуждал марши бывших ветеранов, воевавших на стороне нацистов.

С европейской же точки зрения период государственного упадка в России с 1994 по 1998 год не способствовал укреплению доверия. В ходе "неуправляемого капитализма" (1992-1998) у тех, кому приходилось иметь дело с Россией, поведение некоторых российских компаний вызывало крайне неприятные чувства. Усложняет задачу выстраивания долгосрочного партнерства и то обстоятельство, что Россия одновременно является и европейской, и азиатской державой.

Хотя отношения между Россией и ЕС далеко не отвечают всем тем обещаниям, которые они давали друг другу, это не помешало многим странам - членам Евросоюза установить с РФ очень хорошее взаимодействие. Здесь возникает второй парадокс. На двустороннем уровне особо интенсивное развитие получили отношения России с ФРГ, Францией и Италией - и это несмотря на пробуксовку переговоров о "партнерстве". Этот парадокс, впрочем, мог бы сойти на нет в случае, если нынешний политический кризис разрядится.

В некоторой степени западные лидеры ведут себя так, как если бы экономический мир не изменился с середины XX века. В 2008 году западные экономические державы более не являются самым центром экономической и финансовой мощи. Действительно, их экономический и технологический потенциал по-прежнему важен, но их уже почти догоняет одна из растущих азиатских стран. Западные страны сталкиваются со все большей конкуренцией за российское сырье с быстро развивающимися азиатскими гигантами.

В этом контексте разговоры об "экономических санкциях" и "экономической изоляции" России были не только бесполезными, но и неуместными. Впрочем, слишком сильная зависимость от быстро растущего Азиатского региона также необязательно создаст благоприятную ситуацию для России. Разрывать экономические отношения с Россией для ЕС было бы нерационально, но это также не отвечало бы и российским интересам. Обеим сторонам необходимо восстановить стабильные и эффективные отношения и решить проблемы, некоторые из которых появились задолго до последнего кризиса.

Восстановление отношений между Россией и ЕС предполагает отказ от привычного мышления, от восприятия периода холодной войны и переход к более реалистичным и инновационным подходам, способным противостоять вызовам новой обстановки. Нынешняя парадигма "поставщик/покупатель", где Россия выступала только как поставщик сырья и покупатель товаров глубокой переработки, должна быть заменена на парадигму "экономической интеграции". Это означает, что с обеих сторон экономическая политика и стратегия должны быть четко определены и совместимы. Эту интеграцию необходимо укрепить посредством совместных проектов, сосредоточившись на сферах, стратегически важных и РФ, и ЕС, - энергоэффективность, транспорт, развитие новых источников энергии, био- и информационных технологий, например.

Текущий мировой финансовый кризис усиливает необходимость создания региональных монетарных и финансовых зон стабильности. Для этого также потребуется сотрудничество России и еврозоны. Очень сильно завышенная цена евро создает серьезные препятствия европейской экономике, в частности во Франции и в ФРГ. С учетом огромных валютных резервов России без эффективной координации РФ с еврозоной стабильность невозможна.

Решение саммита ЕС "приостановить" переговоры о партнерстве с Россией могут в результате оказаться положительным для обеих сторон. Москве не нужно чисто бюрократическое соглашение. Европейские страны должны пойти дальше своего нынешнего подхода к экономическому сотрудничеству с РФ. Текущий кризис, который сильно ударит по Евросоюзу, должен оказаться хорошим учителем. Остается надеяться, что реализм возобладает осенью или зимой и что появится новая парадигма сотрудничества России и ЕС, основанная на общих стратегических целях. Вот тогда настанет время говорить о "партнерстве", которое будет действительно выгодно обеим сторонам.